Меню

Судебная практика по договорам дарения

Договор дарения, вне сомнений, входит в число самых распространенных правоотношений в современной цивилистике. Совершая его в повседневной жизни, граждане редко когда осознают, что передача подарка имеет довольно жесткую законодательную регламентацию, а отношения между сторонами — сложный и часто, спорный характер. В связи с этим, несоблюдение и игнорирование гражданского законодательства при совершении дарения, с большой долей вероятности, может привести к негативным для дарителя и одаряемого последствиям, самое распространенное из которых — оспаривание сделки в суде, итогом чего может стать признание недействительности дарения.

Оспаривание дарения в суде может совершаться заинтересованным лицом по довольно обширному перечню оснований — по причине притворности дарения (ст. 170 ГК), игнорирования существенных условий договора (ст. 432 ГК), несоблюдение требуемой формы (ст. 574 ГК), и т.п. В случае признания судом наличия хотя бы одного из них — наступление неблагоприятных юридических последствий (признание недействительности) для сторон сделки будет неизбежным.

В случае если некоторые разногласия и претензии относительно реализации договора дарения были выражены не от третьих заинтересованных лиц, а от стороны сделки еще до передачи подарка, то она вполне может реализовать свое право на расторжение договора в судебном порядке и прекратить дарительные правоотношения. У каждой из сторон на то есть общие (ст. 450 ГК) и специальные основания (ст. 573 ГК, ст. 577 ГК).

Кроме расторжения в одностороннем порядке, законом также предусмотрена процедура отмены дарения, которая направлена исключительно на защиту интересов дарителя. Отметим, что некоторые основания для отмены дарения могут быть применены как до, так и после передачи одаряемой стороне подарка (п. 1 ст. 578 ГК). Так, если имеют место основания, предусмотренные ст. 578 ГК, даритель имеет право в судебном порядке отменить дарение, что обяжет одаряемого вернуть все полученное по сделке или возместить его стоимость.

Судебная практика по договорам дарения довольно обширна. Ввиду этого, только подробный анализ оснований для той или иной процедуры в рамках судебного процесса, последствием которой будет прекращение дарительных правоотношений, позволит обобщить картину и выделить основные черты правоприменительной практики относительно оспаривания, отмены или расторжения договора дарения.

Наиболее распространенные основания для оспаривания договора дарения

Многообразие судебной практики по вопросу заключения и реализации дарения, прямо свидетельствует о довольно спорном характере возникающего между сторонами сделки правоотношения. Дабы уберечь читателя от тяжбы в судебных разбирательствах, более подробно рассмотрим типичные основания для оспаривания договоров дарения, их расторжения или отмены в рамках отечественного гражданского процесса.

Так, наиболее распространенным основанием для оспаривания дарения в суде, следует считать незаконность его положений, следствием чего может стать признание недействительности заключенного договора (ст. 168 ГК). Основанием для признания недействительности дарения может стать:

  1. Совершение мнимого или притворного дарения (ст. 170 ГК). Подобное дарение предполагает совершение сделки лишь для создания иллюзии ее совершения, без конкретных правовых последствий или для прикрытия какой-либо другой сделки. Такие нарушения закона часто совершаются в целях сокрытия имущества от третьих лиц, имеющих на него законные права, для уклонения от уплаты налогов и т.п. Отметим, что совершение притворной сделки исключает безвозмездность дарения.
  2. Нарушения в содержании договора. Так, договор дарения будет признан недействительным, если в договоре не будет конкретизирован предмет дарения (п. 2 ст. 572 ГК), будет указание на дарение после смерти дарителя (п. 3 ст. 572 ГК), не будет указания на намерение дарителя совершить дарение при его обещании и т.п.
  3. Отсутствие согласия супруга на дарение. Согласно ст. 35 СК, отчуждение совместного имущества супругов одним из них совершается по обоюдному согласию таких супругов, которое презюмируется (предполагается изначально). В случае его отсутствия, супруг имеет право оспорить такое дарение. В случае отчуждения совместного недвижимого имущества, требуется нотариально заверенное согласие супруга на дарение (п. 3 ст. 35 СК).
  4. Совершение дарения вопреки запретам и ограничениям. Положениями ст. 575 ГК определены субъекты, которыми и в отношении которых не может совершаться дарение. Нарушение этих запретов однозначно станет основанием для признания недействительности договора.
  5. Нарушение формы договора. Согласно ст. 574 ГК, большинство реальных договоров дарения может иметь устную форму, кроме исключений, установленных этой же статьей, требующих письменного оформления. Согласно п. 2 ст. 574 ГК, совершение договора, требующего письменного оформления устно, является причиной для признания его недействительности.

В качестве причин для расторжения дарения именно в судебном порядке, следует понимать общие основания для того. Так, каждая из сторон, согласно ст. 450 ГК, вправе требовать расторжения договора дарения в одностороннем порядке, в случае, если имеют место существенные нарушения сделки, которые влекут для стороны такой ущерб, который лишает ее того, на что она могла рассчитывать при заключении сделки. Кроме этого основания, другие общие причины также могут быть установлены договором.

Помимо этого, в целях защиты прав дарителя, он наделен правом отменить дарение в судебном порядке. Основания для этого предусмотрены в ст. 578 ГК, согласно которой, отмена дарения возможна, если:

  1. Со стороны одаряемого в отношении дарителя или его родственников были совершены противоправные действия — покушение на жизнь и нанесение телесных повреждений (п. 1 ст. 578 ГК).
  2. Существует угроза безвозвратной утраты подаренного имущества, вследствие безответственного отношения одаряемого к нему, при условии, что такое имущество имеет неимущественную ценность для дарителя (п. 2 ст. 578 ГК).
  3. Даритель переживет одаряемого и на это есть прямое указание в договоре (п. 4 ст. 578 ГК).
  4. Предусмотрено также специальное основание для отмены пожертвования — обособленной формы дарения. Так, оно может быть отменено, если переданное имущество используется не по установленному ранее назначению или нарушен порядок его изменения (п. 5 ст. 578 ГК).

Практика оспаривания притворных договоров дарения

Как известно, притворной считается сделка дарения, заключение которой было осуществлено для прикрытия любой другой сделки и намерений по ней, в попытке достигнуть незаконных целей, обойти нормативные запреты и ограничения и т.п.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК, к сделке, которую стороны имели намерение прикрыть дарением, с учетом ее сущности, применяются нормы, которые ее регулируют. В случае ее действительности, суд может обязать стороны к заключению именно такой сделки.

Дарение вместо купли-продажи

Прикрытие сделки купли-продажи (ст. 454 ГК) дарением, является самым распространенным примером совершения притворной сделки. Мотивом такого прикрытия, чаще всего становится нежелание продавца уплачивать подоходный налог с полученной им прибыли.

В этих целях, дарителем в пользу одаряемого, совершается безвозмездное дарение какого-либо имущества, а средства, получаемые от прикрытой сделки, передаются дарителю на основании расписки, что исключает безвозмездность. Однако, такая притворная конструкция представляется вполне логичной, если сторонами выступают близкие родственники, которые освобождаются от подоходного налога при дарении. При отсутствии родства, такой налог придется уплачивать одаряемому.

Так, при обнаружении прикрытия дарением купли-продажи, любое заинтересованное в недействительности договора лицо, вправе инициировать судебное разбирательство для признания ее ничтожности. Для этого, такое лицо должно иметь охраняемый законом интерес в признании сделки незаконной, а также все необходимые доказательства притворности — расписки, вещественные доказательства, показания свидетелей и любые другие документальные подтверждения возмездности.

Дарение вместо ренты

Не менее распространенным примером притворной сделки является прикрытие дарением договора ренты (ст. 583 ГК). Как правило, такая притворность имеет место либо по причине правовой неграмотности сторон сделки, внесших характерные для ренты условия в договор дарения, либо ввиду недобросовестных намерений одаряемого, по отношению к типичному для такой сделки, его пожилому родственнику.

В качестве стандартных для такой притворной сделки условий, следует считать внесение в договор дарения условий о пожизненном содержании дарителя, регулярном предоставлении ему денежных средств (ренты), пожизненном проживании в подаренной им недвижимости и т.п. Такие условия являются встречным обязательством одаряемого, которые нарушают безвозмездность и делают дарение притворным.

Отметим, что дарение и рента отличаются не только возмездностью, но и моментом перехода права собственности — в договоре ренты он определяется смертью лица, отчуждающего имущество, в то время как в дарении — после передачи подарка или его регистрации. Это дает дарителю право расторгнуть договор дарения, так как он не понимал сути заключенной сделки, учитывая также и то, что она является притворной.

Правом оспорить сделку на основании вышесказанного наделены и другие заинтересованные в том лица — чаще всего это наследники и родственники дарителя.

Оспаривание дарения при долевой собственности

Как известно, разделение конкретного имущества и выделение долей каждого из собственников, предполагает особый режим владения и отчуждения такой общей совместной собственности. Так, согласно п. 2 ст. 576 ГК, дарение имущества, находящегося в совместной собственности, следует считать законным, только в случае, если на такое отчуждение дано согласие всех его сособственников и обязательно учтен порядок отчуждения, предусмотренный ст. 253 ГК.

Учет согласия сособственников на совершение одним из них дарения, кроме исключительных случаев, следует считать не более чем формальностью. Так, согласно п. 2 ст. 253 ГК, такое согласие изначально презюмируется (предполагается), если иное не предусмотрено соглашением между такими сособственниками.

Исключение из указанного правила составляют сделки по отчуждению недвижимого имущества, находящегося в совместной собственности супругов. Согласно п. 3 ст. 35 СК, дарение недвижимого имущества, находящегося в совместной собственности супругов возможно одним из них, только при наличии нотариально удостоверенного согласия на то другого супруга. В случае отсутствия такого согласия, сделка может быть оспорена в судебном порядке по инициативе супруга, не давшего на то нотариально заверенного согласия.

Что касается оспаривания дарения любого другого совместного имущества, то основания для этого предусмотрены п. 3 ст. 253 ГК. Согласно ей, такой возможностью наделены все сособственники переданного по договору дарения имущества, в случае, если сособственник, выступающий дарителем, был лишен права на отчуждение совместного имущества, а одаряемый заведомо знал об этом.

По прошествии двух дней после подачи М. заявления о госрегистрации недвижимости, гражданка С. узнала о намерениях мужа. Будучи юристом, она знала, что для действительности такого дарения, М. должен был получить ее согласие на отчуждение квартиры. Поскольку такое согласие получено не было, следовало считать договор недействительным, для признания чего С. и подала иск в суд с соответствующими требованиями. Однако, к моменту назначения предварительного заседания по указанному иску, М. получил по почте постановление государственного регистратора отдела Росреестра, согласно которому в регистрации прав ему было отказано, как раз по причине отсутствия нотариально заверенного согласия жены.

Несмотря на невозможность наступления юридических последствий по такому договору, суд все равно состоялся. В рамках него, требования С. были удовлетворены и на основании ст. 168 ГК, договор дарения квартиры между М. и его дочерью был признан недействительным.

Оспаривание договора дарения недвижимости, регистрация которого была завершена после смерти дарителя

Согласно ст. 131 ГК РФ, передача прав на объект недвижимости по любой из допустимых гражданских сделок, требует от сторон такой сделки проведения государственной регистрации. Согласно ст. 433 ГК, п. 3 ст. 574 ГК договора дарения недвижимости, заключенные до 1 марта 2013 года, следует считать заключенными с момента их регистрации. Договоры заключенные после указанной даты, считаются таковыми с момента их подписания, так как обязательность их регистрации отменена. В то же время переход права собственности на недвижимость осуществляется только после проведения ее государственной регистрации (п. 2 ст. 223 ГК).

Исходя из вышесказанного, на момент подачи заявления о регистрации прав на недвижимость в регистрационный орган по договору, заключенному после 01.03.2013 г., правоотношения сторон, в том числе и обязательства дарителя уже следует считать возникшими, даже несмотря на то, что переход права собственности осуществляется только после ее проведения.

Таким образом, смерть дарителя после заключения договора дарения недвижимости, но до завершения ее регистрации, не может лишить одаряемого возможности защитить свои имущественные права. Однако, как показывает судебная практика, многие наследники таких умерших дарителей, не согласны с таким выводом и считают, что до перехода прав на недвижимость к одаряемому, в случае смерти дарителя, такая недвижимость может быть включена в наследственную массу, посредством оспаривания дарения.

Несмотря на это, отечественное законодательство не содержит указания на возможность оспаривания дарения и признания его недействительности в случае, если регистрация уже совершенного договора была закончена после смерти дарителя. А кроме того исходя из норм ст. 1112 ГК, в случае смерти дарителя после заключения договора дарения, все его имущественные обязательства переходят к наследникам.

Таким образом, даже в случае смерти дарителя до подачи заявления о госрегистрации, обязанностью такой регистрации будут обременены его наследники. В случае если такие наследники прямо уклоняются от проведения государственной регистрации, согласно п. 2 ст. 165 ГК, она может быть проведена одаряемой стороной по решению суда.

На основании вышесказанного, оспорить дарение недвижимости по причине смерти дарителя до проведения госрегистрации, по нашему мнению, невозможно, так как еще при жизни, им была выражена воля на отчуждение принадлежащего ему имущества.

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

Большой юридический словарь. — М.: Инфра-М . А. Я. Сухарев, В. Е. Крутских, А.Я. Сухарева . 2003 .

Смотреть что такое «СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА» в других словарях:

Судебная практика — деятельность всех судов, входящих в судебную систему, по применению законодательства при рассмотрении и разрешении арбитражных, гражданских и уголовных дел, а также руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда, Пленума Высшего арбитражного… … Теория государства и права в схемах и определениях

Судебная практика — 1) деятельность судов по применению законов при разрешении конкретных дел. 2) Определённая тенденция разрешения судами отдельных категорий дел с учётом вступивших в законную силу решений судов, прежде всего судов высшей инстанции. С. п.… … Большая советская энциклопедия

судебная практика — в странах романо германской правовой системы понятие, означающее совокупность решений судов (прежде всего высших) по тем или иным вопросам. С.п., обобщенная в специальных сборниках, играет фактически роль вспомогательного источника права,… … Большой юридический словарь

Судебная практика по делам о выселении — Несмотря на принимаемые меры в области законодательства и правоохранительной деятельности, удельный вес совершения незаконных сделок с жильем по прежнему высок. Совершенствуются и стали более искусными приемы использования юридической… … Жилищная энциклопедия

практика — и, только ед., ж. 1) Вся совокупность деятельности людей, направленная на создание необходимых условий существования и развития общества. Связь теории и практики. Применить на практике новые методы. 2) Приемы, навыки, способы какого л. вида… … Популярный словарь русского языка

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА — качественные коренные преобразования всей судебной системы, направленные на утверждение принципов правосудия. Осуществление С.р. причинно обусловлено: задача построения в России правового государства требует коренных изменений в сфере… … Энциклопедический словарь «Конституционное право России»

ПРАКТИКА — (греч., от prasso делаю). 1) приложение к делу правил и принципов какой либо науки. 2) навык к какому либо делу. 3) У докторов количество больных. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. ПРАКТИКА 1)… … Словарь иностранных слов русского языка

Практика Судебная — принцип права, согласно которому решение суда, вынесенное по какому либо делу, становится основанием для вынесения решения всех судов равной или низшей инстанции при рассмотрении аналогичных дел. Словарь бизнес терминов. Академик.ру. 2001 … Словарь бизнес-терминов

Судебная система Великого княжества Литовского — Судебная система Великого княжества Литовского система специализированных органов государственной власти (судов), осуществлявших правосудие на территории Великого княжества Литовского. Источниками права до XVI века были древнерусское право… … Википедия

Судебная медицина — (лат. legalis medicina; англ. legal/judicial medicine) отрасль медицины, изучающая и разрабатывающая медико биологические проблемы, возникающие в правоохранительной деятельности, а также сходные с ними проблемы здравоохранения. С.м. состоит из… … Энциклопедия права

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА И ЗЕМЕЛЬНОЕ ПРАВО

1. Имущественные споры по поводу возмещения убытков землепользователям есть споры о праве граж­данском, поэтому при их разрешении суды руководству­ются нормами гражданского законодательства. Слож­ность этих дел состоит в том, что судам приходится учитывать особенности земельных отношений, возника­ющие при тех или иных ситуациях, приведших к иму­щественным убыткам (уничтожение посевов и насажде­ний, разрушение мелиоративных устройств и сооруже­ний при самовольном захвате земли, убытки при изъ­ятии участков для государственных и общественных нужд, временном занятии земли и т. д.). Многими осо­бенностями отличаются также споры о потравах посе­вов и насаждений в колхозах, совхозах и других хозяй­ствах, споры о возмещении убытков, причиненных лесо-нарушением, споры о возмещении вреда, причиненного другим природным ресурсам (загрязнение водоемов, незаконная охота, незаконное занятие рыбным и иным водным промыслом). Необходимость учета особенно­стей охраняемых объектов и необычность определения имущественных убытков, а также наличие пробелов в законодательстве, действующем в данной сфере общест­венных отношений, обусловили потребность в обобще­нии практики рассмотрения указанных дел и в выработ­ке на этот счет определенных общих, единых критери­ев и руководящих положений.

В настоящее время издан ряд постановлений Плену­ма Верховного Суда СССР и пленумов Верховных судов союзных республик, в которых судам даны руководя­щие разъяснения по всем вышеназванным категориям дел1.

1 См., например, постановления Пленума Верховного Суда СССР от 6 октября 1970 г. «О применении судами законодатель­ства при разрешении споров, одной из сторон в которых является колхоз»; от 30 июня 1969 г. «О судебной практике по делам о лесо-нарушениях»; от 11 апреля 1972 г. «О практике применения судами законодательства об охране природы»; от 18 марта 1970 i\ «О неко-

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами законодательства об охране природы», в частности, решен важный для пра­вильности разрешения споров вопрос о порядке опреде­ления и взыскания ущерба, причиненного природным ресурсам. В данном постановлении разъяснено, что суды должны иметь в виду:

«а) если размер сумм, подлежащих взысканию в возмещение ущерба с граждан и организаций, специ­альным законодательством не регулируется, он опреде­ляется по общим правилам, предусмотренным ст. 88 Основ гражданского законодательства Союза ССР и со­юзных республик;

б) ущерб, причиненный незаконной охотой, выловом

или уничтожением рыбы ценных видов, определяется

согласно установленным таксам;

в) в соответствии с действующим законодатель­

ством незаконно добытая продукция (звери, птица, ры­

ба и т. п.) подлежит изъятию у нарушителя и реализу­

ется в установленном порядке. Вырученные от реализа­

ции этой продукции суммы зачету в счет возмещения

вреда не подлежат. Если эта продукция по каким-либо

причинам не могла быть изъята у нарушителя, ее сто­

имость взыскивается с него как неосновательно при­

г) суммы ущерба, причиненного незаконной охотой,

незаконной добычей и уничтожением рыбы и других

водных животных, взыскиваются судами в соответствии

с действующим законодательством в пользу органов

управления охотничьим хозяйством и органов рыбоох­

раны, которые в установленном порядке перечисляют

часть взысканных сумм в доход государственного бюд­

2. Вышеприведенные и другие разъяснения действу­ющего законодательства помогают судам уяснить смысл закона и избежать ошибок при его применении.

Значение судебной практики не ограничивается, однако, только разъяснением действующих правовых норм. В ряде случаев Пленум Верховного Суда СССР

торых вопросах, возникающих в практике рассмотрения судами дел по спорам в связи со сносом домов, принадлежащих гражданам на праве личной собственности, при отводе земель для государст­венных и общественных надобностей», «Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (1924—1973)», М, 1974.

и пленумы Верховных судов союзных республик, кон­кретизируя общие положения закона, создают (в рам­ках закона) правоположения, обязательные для испол­нения при разбирательстве отдельных судебных дел.

Такие положения содержались и содержатся в пе­риодически издаваемых постановлениях Пленума Вер­ховного Суда СССР о судебной практике по граждан­ским колхозным делам. Эти положения касаются и воп­росов землепользования граждан. На практике было неясно, вправе ли колхоз предъявить иск к нечленам колхоза, пользующимся колхозными выпасами для ско­та, и в чем этот иск может выражаться. В земельном законодательстве конкретные условия данного вида зем­лепользования не были определены. Поскольку в СССР существует общее правило о бесплатности землепользо­вания, постольку считалось, что за пользование выпаса­ми колхоз не может брать с владельцев скота какую-либо плату.

Но такое толкование практикой условий пользова­ния колхозными пастбищами было неправильным. Дей­ствительно, колхозы не могут брать плату за пользо­вание землей, однако они несут затраты по уходу за пастбищами и устройству водопоев, а потому имеют право на возмещение части понесенных затрат, связан­ных с окультуриванием пастбищных угодий. Учитывая это, Пленум Верховного Суда СССР своим постановле­нием от 26 марта 1960 г. дал судам руководящее разъ­яснение: «Колхозу предоставлено право взимать с нечле­нов колхоза, пользующихся с согласия колхоза колхоз­ными выпасами, денежную плату в возмещение расходов по содержанию выпасов и водопоев». Пленум указал также, что «при рассмотрении таких исков суды должны выяснить, соответствуют ли этим расходам суммы, взы­скиваемые колхозом с ответчиков, истребуя в необходи­мых случаях от поселкового Совета или райисполкома справки о результатах проверки правильности установ­ленной колхозом платы за пользование пастбищем»1.

Судебная практика-строго придерживалась приведен­ных положений. В дальнейшем при кодификации земель­ного законодательства они вошли в новый земельный

1 Ранее этот вопрос решался аналогичным образом в постанов­лении Пленума Верховного Суда СССР 1950 года по колхозным делам.

закон. Так, в ст. 27 Основ земельного законодательства Союза ССР и союзных республик предусмотрено, что земельные участки для выпаса скота могут выделяться колхозами «с возмещением владельцами скота земле­пользователям расходов по содержанию и улучшению этих участков». В земельных кодексах союзных респуб­лик, кроме того, установлено, что размеры расходов по содержанию и улучшению пастбищ определяются зем­лепользователем и утверждаются исполкомом городско­го, поселкового или сельского Совета депутатов трудя­щихся (например, ст. 70 ЗК РСФСР)1.

В судебной практике существуют споры о разделе придомовых земельных участков в городах (поселках). В постановлении ВЦИК и СНК РСФСР от 1 августа 1932 г. «О предоставлении учреждениям, предприятиям и организациям обобществленного сектора земельных участков для строительства на пра;ве бессрочного поль­зования»2 было предусмотрено: «Право бессрочного пользования земельными участками неотделимо от пра­ва собственности на строения, находящиеся на этих участках, и прекращается с прекращением права соб­ственности на строения» (п. 6). Значит, право земле­пользования было поставлено в прямую зависимость от права собственности на строение: «судьба» участка сле­довала «судьбе» строения. Это положение касалось не только организаций-собственников, но и граждан, имею­щих в городах и поселках жилые дома на праве соб­ственности. Однако оставался неясным вопрос о порядке пользования земельным участком, обслуживающим стро­ения, принадлежащие не одному, а нескольким собствен­никам. Возникали споры о праве пользования участками при разделе домовладения, продаже его частей, наследо­вании и т. п.

Судебная практика выработала ряд обязательных для судов положений, которые необходимо учитывать

1 Право колхозов на иск о взыскании затрат по содержанию пастбищ и водопоев предусмотрено также в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 6 октября 1970 г., изданном после при­нятия Основ земельного законодательства. Однако в отличие от по­становлений Пленума Верховного Суда СССР 1950—1960 гг., в кото­рых указанное право колхозов формулировалось путем конкрети­зации закона, в постановлении Пленума 1970 года это право изла­гается уже как простое разъяснение ст, 27 Основ земельного зако­нодательства.

* СУ РСФСР 1932 г. № 66, ст. 295.

при разделе общего земельного участка, находящегося при домовладении1.

При кодификации земельного законодательства было предусмотрено: «Порядок пользования общим земельным участком определяется с учетом частей строения, при­надлежащих гражданам. Суд может отступить от этого правила в случае, когда между совладельцами индиви­дуального строения уже сложился порядок пользования земельным участком и его изменение существенно нару­шит их интересы» (ст. 134 ЗК РСФСР).

В судебной практике наблюдался разнобой и при рас­смотрении исков колхозов к своим членам о возмещении убытков, связанных с незаконным увеличением размеров приусадебных земельных участков. Возникал вопрос: в каких случаях нужно возмещать убытки колхозам? По­этому Пленум Верховного Суда СССР своим постанов­лением от 26 марта 1960 г. «О судебной практике по гражданским колхозным делам» дал судам необходимые руководящие разъяснения, суть которых состояла в сле­дующем; «Лица, обработавшие земелыный участок после решения колхоза об отрезке этого участка, несут иму­щественную ответственность перед колхозом как за са­мовольную обработку земли, принадлежащей колхозу.

В тех же случаях, когда решение об уменьшении раз­мера приусадебного участка было вынесено после того, как участок обработан и засеян, иски колхозов о взыска­нии собранного с этого участка урожая или его стоимо­сти удовлетворяться не должны». Суды руководствова­лись названными положениями Пленума Верховного Су­да СССР, хотя в законе прямого указания на этот счет не было. При кодификации колхозного и земельного законодательства приведенные разъяснения, данные Пленумом Верховного Суда СССР, были учтены в дей­ствующем законе2.

3. Часто встречаются в судебной практике споры о возмещении колхозам убытков, причиняемых им раз­личными государственными организациями и предприя­тиями.

С точки зрения оценки роли судебной практики в ре-

1 Подробно об этом см. «Научный комментарий судебной прак­

тики по гражданским делам за 1963 год», «Юридическая литерату­

ра», 1965, стр. 154—178.

2 См. п. 42 Примерного Устава колхоза, ст. 138 ЗК РСФСР (и

соответствующие статьи ЗК Других союзных республик),

гулировании отношений, которые возникают по спорам, связанным с землепользованием колхозов, можно выде­лить две крупные категории судебных дел: а) споры, возникающие из правомерного прекращения или изме­нения права землепользования, т. е. из действий, осно­ванных на правовом акте об изъятии земли для государ­ственных и общественных нужд; б) споры, возникающие в связи с нарушениями прав и законных интересов земле­пользователей, т. е. споры, возникающие из деликтных отношений.

При рассмотрении и тех и других споров суды руко­водствуются нормами гражданского законодательства — ст. ст. 36, 88 Основ гражданского законодательства и ст. ст. 444, 457 ГК РСФСР и соответствующими статьями ГК других союзных республик. Однако активная творче­ская роль судебной практики при рассмотрении первой и второй категорий споров проявляется по-разному.

При разрешении споров об убытках, причиненных при изъятии земли, помимо общих норм Основ гражданского законодательства и гражданских кодексов используется специальное законодательство. Это — соответствующие статьи земельных кодексов союзных республик, поста­новление Совета Министров СССР от 15 декабря 1961 г. «О порядке возмещения гражданам стоимости принадле­жащих им строений, сносимых в городах, поселках го­родского типа и других населенных пунктах в связи с отводом земельных участков для государственных и об­щественных надобностей», постановление Совета Мини­стров СССР от 9 августа 1974 г. «О возмещении убыткоз землепользователям и потерь сельскохозяйственного производства при отводе земель для государственных и общественных нужд» и ряд других нормативных актов1. Следовательно, суды применяют как о-бщие нормы граж­данского законодательства, так и дополняющие их пра­вовые акты. Необходимость конкретизации общих норм гражданского законодательства непосредственно самими судами здесь возникает в меньшей степени. Это и понят­но: суды во всех случаях прибегают к специальным нор­мативным актам, в которых более или менее подробно решены вопросы возмещения убытков землепользовате­лям (определен порядок возмещения убытков, их [разме­ры и способы подсчета).

J СП СССР 1961 г. № 20, ст. 146; СП СССР 1974 г. № 17, ст. 97,

Совершенно иначе проявляется роль судебной прак­тики при рассмотрении споров, возникающих из де­ликтных отношений. На этот счет нет специальных нор­мативных актов, а общие нормы гражданского законода­тельства, которые, несомненно, должны учитываться и действительно учитываются судами, не дают ответа на многие вопросы, связанные с возмещением убытков зем­лепользователям. Следовательно, суды при рассмотре­нии отдельных дел часто вынуждены обращаться к выра­ботанным судебной практикой правоположениям, кото­рые в соответствии с общими требованиями граждан­ского законодательства содержат ряд конкретных, дета­лизирующих в рамках закона, дополнительных требова­ний, условий, учитывающих те или иные сложные и разнообразные ситуации в развитии земельных отноше­ний.

4. Наиболее сложный вопрос, который всегда возни­кал в судебной практике,—это вопрос о содержании убытков, подлежащих возмещению землепользователям. Он решается по-разному, в зависимости от того, идет ли речь об убытках, возникших из деликтных отношений, или из отношений по поводу правомерного причинения вреда.

При правомерном причинении убытков колхозам и другим землепользователям суды руководствуются вы­шеназванным законодательством. Однако несмотря на, казалось бы, весьма ясное предписание закона о содер­жании убытков, подлежащих возмещению, в судебной практике и в этих случаях были трудности при опреде­лении размеров ущерба, когда речь шла о порче или уничтожении посевов сельскохозяйственных культур. Возникал вопрос, подлежит ли возмещению при изъятии земли для государственных и общественных нужд толь­ко положительный ущерб (неиспользованные затраты, вложенные в землю) или должен взыскиваться, кроме того, уеполученный доход, т. е. так называемая упущен­ная выгода, состоящая в потере урожая сельскохозяй­ственных культур.

При рассмотрении совершенно аналогичных споров суды иногда взыскивали только положительный ущерб, а иногда и неполученный доход, т. е. стоимость неполу­ченного урожая. В первом случае подсчитывали^ лишь понесенные хозяйством затраты — стоимость высеянных семян на изымаемом у колхоза земельном участке, сто-

имость обработки этого участка, расходы на удобрение, мелиорацию и другие неиспользованные затраты. Во втором случае, кроме того, определялся и предполагае­мый (ожидаемый) урожай на изымаемом участке, исхо­дя из средней урожайности данной сельскохозяйствен­ной культуры в данном хозяйстве. Брались заготовитель­ные цены на сельскохозяйственную продукцию, и путем простых арифметических действий подсчитывался размер убытков. Таким образом, возмещению подлежали непо­лученные доходы с площади изымаемых угодий.

В 1958 году Верховный Суд РСФСР в определении судебной коллегии по конкретному делу разъяснил су­дам, что, устанавливая размер возмещения за ущерб, причиненный колхозу повреждением посевов, суд дол­жен исходить из реального ущерба, который состоит из затрат по обработке земли, затрат семенного материала на посадку, затрат по налогам и страховым платежам. Стоимость урожая не является реальным ущербом и потому возмещению не подлежит1.

Пленум Верховного Суда РСФСР постановлением от 1 августа 1964 г. «Об улучшении работы судов по рас­смотрению гражданских колхозных дел» подтвердил ука­занное положение. Вместе с тем Верховный Суд внес одно существенное дополнение: если урожай к моменту изъятия участка созрел, его стоимость подлежит взыска­нию. Размер возмещения в этих случаях устанавливает­ся исходя из стоимости данной культуры с учетом ее средней урожайности в этом колхозе2.

Таким образом, несмотря на наличие общего положе­ния гражданского законодательства о возмещении убыт­ков землепользователю и специального нормативного акта, дополняющего общий закон, судебная практика испытывала определенные трудности в применении этого законодательства. Требовались его разъяснения, что и было сделано вначале определением Судебной коллегии по гражданским делам, а затем постановлением Пле-

1 См. «Сборник постановлений Президиума и определений

Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РСФСР.

1957—1958 гг.», Госюриздат, 1960, стр. 132.

2 См. «Бюллетень Верховного Суда РСФСР» 1964 г. № 10,

нума Верховного Суда РСФСР по той же категории дел1.

5. В дальнейшем в судебной практике возник вопрос о том, следует ли руководствоваться приведенными разъ­яснениями Верховного Суда только при спорах об убыт­ках, причиненных правомерными действиями, т. е. при изъятии земли на основании решений компетентных государственных органов, или эти разъяснения Верхов­ного Суда являются руководящими для всех случаев, в том числе и для случаев неправомерного причинения вре­да (деликт). Само постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 1 августа 1964 г. не отвечает на данный вопрос, поэтому суды по-разному подходят к рассмотре­нию соответствующих споров.

Когда земельный участок изымается у пользователя на основании решения компетентного государственного органа, то предполагается лишение его возможности впредь получать доход с этого участка. Ведь хозяйство не может требовать возмещения тех доходов, получение которых прервано правомерными действиями по прекра­щению права землепользования. Оно вправе претендо­вать на взыскание лишь стоимости указанных выше не­использованных затрат.

Принципиально иная ситуация складывается при неправомерном причинении вреда. Правонарушитель не может лишать землепользователя доходов с того участ­ка, урожай на котором им поврежден. Поскольку имеют­ся все условия для получения урожая (семена посеяны, участок обработан) и лишь действия ответчика помеша­ли собрать урожай, колхоз вправе требовать возмеще­ния не только положительного ущерба, но и неполучен­ного дохода. Встать на иную позицию в какой-то мере значило бы поощрять неправомерную деятельность нару­шителей земельного законодательства.

Руководствуясь ст. ст. 36, 88 Основ гражданского законодательства, а также ст. ст. 219, 444 (ч. 1) и 457 ГК РСФСР и применяя их к условиям деликта, суды признают возможным возмещение потерпевшей стороне всех убытков, в том числе и неполученных по вине ответ­чика доходов. Под доходами в данном случае суд пони-

1 См. «Рассмотрение гражданских и уголовных дел, связанных с нарушением земельного законодательства (обзор судебной прак­тики)», «Бюллетень Верховного Суда СССР» 1974 г. № 1, стр. 40—42.

мает стоимость сельскохозяйственной продукции (за вы­четом издержек производства), которую потерпевшее хозяйство могло бы получить с используемого земельно­го участка, если бы он не был испорчен и посевы на нем не были уничтожены1.

Таким образом, при повреждении посевов и насажде­ний суды в соответствии с требованиями нового земель­ного законодательства об охране сельскохозяйственных угодий придерживаются позиции, согласно которой воз­можно и необходимо взыскание всех причиняемых кол­хозу убытков, в том числе и той их части, которую составляют неполученные по вине правонарушителя до­ходы. Такая позиция судебной практики вытекает из общих норм гражданского законодательства. Однако она не нашла закрепления в руководящих (разъяснениях Верховного Суда СССР или Верховных судов союзных республик. Упомянутое выше разъяснение Пленума Верховного Суда РСФСР от 1 августа 1964 г. не отве­чает на вопрос, подлежат ли возмещению все убытки, в том числе неполученные доходы, или должна взыски­ваться только стоимость уже созревшего, но не собран­ного по вине ответчика урожая. Все это создает опреде­ленные трудности при рассмотрении данной категории споров. Представляется, что такие трудности могли бы быть устранены, если бы правильная позиция судебной практики, выражающаяся в соблюдении принципа пол­ного возмещения убытков землепользователям, нашла свое закрепление в руководящих разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР или пленумов Верховных судов союзных республик.

6. Трудности возникают по спорам о возмещении убытков, вызванных порчей естественно произрастаю­щих трав на лугах и пастбищах. Поскольку колхозы не несут затрат по содержанию этих угодий, некоторые суды считают, что не может быть и речи о возмещении

1 См. «Научный комментарий судебной практики по граждан­ским и колхозным делам за 1966 год», «Юридическая литература», 1967, стр. 118—137; «Советская юстиция» 1966 г. № 22, стр. 8—9; О. С. Кол басов, Возмещение материального ущерба, причинен­ного нерациональным использованием земли, в кн. «Правовое обес­печение рационального использования земли в СССР», «Наука», 1969, стр. 151—166; В. Егоров, Судебная практика по делам о возмещении вреда, причиненного неправомерным использованием земель, «Советская юстиция» 1972 г. № 2, стр. 29.

убытков землепользователю. К тому же в законодатель­стве нет прямого ответа на вопрос, подлежат ли возме­щению только убытки, связанные с повреждением, унич­тожением посевов и насаждений, или должна выплачи­ваться также стоимость утраченной колхозом естествен­но произрастающей растительности. Однако в судебной практике и при рассмотрении этих споров под влиянием опять-таки общих требований нового земельного законо­дательства начинает вырабатываться определенная по­ложительная позиция. Суды признают, что убытки, свя­занные с потерей урожая естественных трав, тоже под­лежат возмещению. Колхозам, как известно, не принад­лежит право собственности на естественно произраста­ющую растительность. Однако, признав отсутствие у колхозов права собственности на естественно произра­стающую растительность, было бы неосновательно отказывать им в защите права пользования этими объ­ектами хозяйственной эксплуатации. Если те или иные организации и лица неправомерно вторгаются в грани­цы землепользования колхозов, совхозов и других сель­скохозяйственных предприятий’и своими незаконными действиями уничтожают не только посевы, но и естест­венные травы на лугах и пастбищах, хозяйству должно быть предоставлено право на судебную защиту его иму­щественных интересов как в части посевов, так равно и в части поврежденных или уничтоженных естественных трав. Такое решение споров о возмещении убытков кол­хозам способствовало бы усилению охраны сельскохо­зяйственных угодий. Общее руководящее значение здесь могут иметь, по нашему мнению, те решения и опреде­ления по конкретным делам судебных коллегий как Вер­ховного Суда РСФСР, так и областных (краевых) судов, в которых полностью удовлетворяются вышеназванные иски колхозов1.

При нарушениях права землепользования не только уничтожаются посевы и насаждения, погибает урожай естественно произрастающих трав, но и портятся сами сельскохозяйственные .угодья, разрушается верхний пло­дородный слой, участки захламляются свалками мусора и производственных отходов и т. п. Вместе с тем вопрос

1 См. «Рассмотрение гражданских и уголовных дел, связанных с нарушением земельного законодательства (обзор судебной практи­ки)», «Бюллетень Верховного Суда СССР» 1974 г, № 1, стр. 40—42.

о гражданско-правовой защите сельскохозяйственных угодий в законодательстве также прямо не решен, В са­мом деле, может ли колхоз как землепользователь тре­бовать возмещения расходов на восстановление нару­шенного плодородия сельскохозяйственных угодий (за­траты на приведение в порядок поврежденного почвен­ного покрова, внесение удобрений и т. п.)?

Если угодья повреждаются при исполнении решения государственного органа об изъятии земли, то здесь, конечно, не может идти речь о расходах на приведение в порядок указанных земель. Эти площади выбывают из пользования на основании решения государственного органа, и земельные правоотношения по поводу соответ­ствующего земельного участка у колхоза прекращаются. Но как следует рассмотреть спор, если угодья повреж­даются при незаконном захвате земли?

Отказывая колхозам в возмещении затрат на восста­новление плодородия испорченных угодий, суды обычно руководствуются тем, что земля в СССР изъята из обо­рота, не имеет денежной оценки, а следовательно, и иму­щественного эквивалента. Однако нельзя не учитывать, что при порче угодий колхозам причиняются реальные имущественные убытки. Кроме того, вред наносится земле как объекту права государственной собственности. Новое же земельное законодательство требует усиления охраны земель. Представляется, что возмещение ущерба лри порче земель должно заключаться в восстановлении прежнего качественного состояния сельскохозяйственных угодий. Значит, предприятия и организации, допустив­шие повреждение верхнего плодородного слоя почвы или разрушение мелиоративных устройств на осушенных или орошаемых землях, обязаны провести за свой счет не­обходимые работы по восстановлению прежнего состоя­ния сельскохозяйственных угодий: заравнять изрытые места, внести удобрения, вспахать и засеять вытоптан­ные участки земли, устранить повреждения в мелиора­тивных сооружениях и т. д. Затраты ответчика на прове­дение этих работ будут составлять те расходы «кредито­ра», которые он вынужден был понести по вине другой стороны (ст. 219 ГК РСФСР).

Таким образом, правильно поступают те суды, кото­рые при рассмотрении конкретных дел о возмещении убытков землепользователям руководствуются вырабо­танным судебной практикой общим положением о пол-

ном возмещении вреда, в том числе возмещении убытков, вызванных порчей сельскохозяйственных угодий. Однако прямых указаний на этот счет ни в законе, ни в поста­новлениях пленумов Верховных судов нет. По нашему мнению, вопросы, связанные с рассмотрением этой кате­гории дел, были бы решены, если бы Пленум Верховного Суда дал судам соответствующие руководящие разъяс­нения.

Вопрос о содержании убытков, подлежащих возмеще­нию землепользователям, выходит далеко за рамки при­веденных выше категорий судебных дел. Этот вопрос касается не только колхозов, но и совхозов, возникает не только при изъятии земель для государственных и об* щественных нужд, но и при временном занятии земель для проведения изыскательских работ, а также во мно­гих других случаях как правомерного, так и неправомер­ного причинения вреда землепользователям. Кроме воз­мещения убытков новое земельное законодательство пре­дусматривает возмещение потерь сельскохозяйственного произнодетва (ст. 19 Основ земельного законодатель* ства). При подготовке руководящих разъяснений плену-мов Верховных судов невозможно, безусловно, не учесть те общие положения судебной практики, которые в пол* ном соответствии с требованиями нового земельного законодательства стали для судов обязательными.

Еще по теме:

  • Как признать договор дарения доли квартиры недействительным Признание дарения недействительным Дарственная может быть признана недействительной по общим основаниям, оговоренным § 2 гл. 9 ГК РФ (Гражданского кодекса Российской Федерации). Специальные причины, касающиеся исключительно дарения, предусмотрены гл. 32 этого кодекса. Но ничтожной […]
  • 120 гражданский кодекс 120 гражданский кодекс 120.1. Неподання або несвоєчасне подання платником податків або іншими особами, зобов'язаними нараховувати та сплачувати податки, збори податкових декларацій (розрахунків), - тягнуть за собою накладення штрафу в розмірі 170 гривень, за кожне таке неподання або […]
  • Изменения условий договора гк рф Изменение условий договора в одностороннем порядке согласно ГК РФ Одностороннее изменение условий договора ГК РФ в общем случае считает недопустимым. Однако есть ситуации, когда партнерам дается право на обращение в судебные органы с требованием внести изменения в контракт. Рассмотрим […]
  • Получение лицензии минск Департамент охраны МВД Республики Беларусь — 220036, г. Минск, ул. Грушевская 7а , 8-017 309-77-01, ohrana@ohrana.gov.by Получение лицензии ПЕРЕЧЕНЬ документов, представляемых для получения лицензии на право осуществления охранной деятельности В соответствии с Положением о […]
  • Новый закон о покупке автомобиля на материнский капитал Использование материнского капитала на покупку автомобиля Материнский капитал – это субсидия от государства, которая выдается при рождении 2 или последующего ребенка. Но потратить ее можно не на любое дело, а только на нужды, необходимые ребенку или матери. Ежегодно сумма материнского […]
  • Расторжение договора купли-продажи продавцом в одностороннем порядке Как расторгнуть договор купли продажи квартиры Расторжение контракта – это процесс, который требует знания многих законодательных нюансов и тонкостей. В большинстве случаев, нельзя односторонним образом отказаться от исполнения обязательств по договору – нужно согласие второй […]
  • Как и куда можно тратить материнский капитал У вас уже двое детей? На что можно потратить материнский капитал: на какие цели можно его использовать До введения программы материнского капитала немногие россияне решались иметь больше одного ребенка. Это и понятно – дети требуют немалых расходов. Да и экономическая обстановка в […]
  • Соглашение о досрочном расторжении договора подряда образец Соглашение о расторжении договора подряда по соглашению сторон Главная » Документы » Соглашения » Соглашение о расторжении договора подряда по соглашению сторон Случаи, когда заключается соглашение о расторжении договора Соглашение предполагает достижение партнерами договоренности о […]